Форум города ПущиноАлексей Михайлов

Здравствуйте, гость ( Вход | Регистрация )


 
Ответить в данную темуНачать новую тему

Клевый рассказ!


cergei_a
no avatar
Новичог
*
Группа: Пользователи
Сообщений: 1
Регистрация: 31.1.2008
Пользователь №: 698
Пол:мужской

Репутация:   0  



Сообщение #1 сообщение 13.2.2008, 15:49
Прочитал рассказ Александра Костюнина «Двор на Тринадцатом». Круто!!! Дворовая жизнь, драки район-на район, уличная романтика. Сейчас такого нет. Адрес сайта ----------, «Рассказы и повести».

Сергей - А

Сообщение отредактировал racer - 23.9.2008, 15:42
Причина редактирования: реклама какая-то

Перейти в начало страницы
+Цитировать сообщение
Тошик
Малый тральщик
*****
Группа: Форумчане
Сообщений: 2965
Регистрация: 27.12.2007
Из: Пущино
Пользователь №: 4
Пол:мужской

Репутация:   20  



Сообщение #2 сообщение 13.2.2008, 16:00
Между прочим, человек вот этой темой центов пять заработал! biggrin.gif

Перейти в начало страницы
+Цитировать сообщение
Mako
Дядько
Иконка группы
Группа: Администраторы
Сообщений: 17281
Регистрация: 1.1.2008
Пользователь №: 289
Пол:мужской

Репутация:   128  



Сообщение #3 сообщение 23.9.2008, 15:19
Еще один "клевый рассказ": Фил Джексон. "Клубная культура"

Цитата
Эта книга о танцах, улыбках, наркотиках, флирте, трахе, дружбе и наслаждении. Я написал ее по двум причинам. Во-первых, я люблю веселиться. Во-вторых, клаббинг, по моему мнению, — это важный и сложный социальный опыт, заслуживающий дальнейшего исследования. Если точнее, я считаю, что с помощью изучения клубов мы получаем особого рода знание, которое западный мир привык осуждать или игнорировать. Это знание проливает свет на то, как мы строим, осознаем и проживаем свои жизни по мере вхождения в XXI век.


http://forum.psn.ru/myshare/?dl=bfff5a62d3...619be4f28b37070


--------------------
Зрелость — это понимание того, как много вещей в мире не нуждаются ни в твоих комментариях, ни в твоем мнении.
===
Добродел. Сделаем город лучше.

Перейти в начало страницы
+Цитировать сообщение
Cstr
Аффтар
***
Группа: Форумчане
Сообщений: 827
Регистрация: 9.5.2008
Пользователь №: 1339
Пол:мужской

Репутация:   4  



Сообщение #4 сообщение 15.11.2008, 18:54
"Так он, мир, устроен,аз родился человек, ему счастье положено... А кому такой подход не нравиться, те ходят с мешками...Чудакиии..."
Светлана Барминская (с) 280 Охота на старушку.


--------------------
Верна не только мысль "Мечта прекрасна лишь до начала ее воплощения", но также и более сильное утверждение...

Перейти в начало страницы
+Цитировать сообщение
Dick
каментатар
*****
Группа: Форумчане
Сообщений: 2637
Регистрация: 31.12.2007
Из: Пущино-Москва
Пользователь №: 281
Пол:мужской

Репутация:   7  



Сообщение #5 сообщение 8.1.2009, 20:12
В. Пелевин
ЖИЗНЬ И ПРИКЛЮЧЕНИЯ САРАЯ НОМЕР XII


Вначале было слово, и даже, наверное, не одно - но он ничего об этом
не знал. В своей нулевой точке он находил пахнущие свежей смолой доски,
которые лежали штабелем на мокрой траве и впитывали своими гранями солнце,
находил гвозди в фанерном ящике, молотки, пилы и прочее - представляя все
это, он замечал, что скорей домысливает картину, чем видит ее. Слабое
чувство себя появилось позже - когда внутри уже стояли велосипеды, а всю
правую сторону заняли полки в три яруса. По-настоящему он был тогда еще не
Номером XII, а просто новой конфигурацией штабеля досок, но именно эти
времена оставили в нем самый чистый и запомнившийся отпечаток: вокруг
лежал необъяснимый мир, а он, казалось, в своем движении по нему
остановился на какое-то время здесь, в этом месте.
Место, правда, было не из лучших - задворки пятиэтажки, возле
огородов и помойки, - но стоило ли расстраиваться? Ведь не всю жизнь он
здесь проведет. Задумайся он об этом, пришлось бы, конечно, ответить, что
именно всю жизнь он здесь и проведет, как это вообще свойственно сараям, -
но прелесть самого начала жизни заключается как раз в отсутствии таких
размышлений: он просто стоял себе под солнцем, наслаждаясь ветром, летящим
в щели, если тот дул от леса, или впадая в легкую депрессию, если ветер
дул со стороны помойки; депрессия проходила, как только ветер менялся, не
оставляя на его неоформившейся душе никаких следов.
Однажды к нему приблизился голый по пояс мужчина в красных
тренировочных штанах; в руках он держал кисть и здоровенную жестянку
краски. Этот мужчина, которого сарай уже научился узнавать, отличался от
всех остальных людей тем, что имел доступ внутрь, к велосипедам и полкам.
Остановясь у стены, он обмакнул кисть в жестянку и провел по доскам
ярко-багровую черту. Через час весь сарай багровел, как дым, в свое время
восходивший, по некоторым сведениям, кругами к небу; это стало первой
реальной вехой в его памяти - до нее на всем лежал налет потусторонности и
счастья.
В ночь после окраски, получив черную римскую цифру - имя (на соседних
сараях стояли обычные цифры), он просыхал, подставив луне покрытую толем
крышу.
"Где я, - думал он, - кто я?"
Сверху было темное небо, потом - он, а внизу стояли новенькие
велосипеды; на них сквозь щель падал луч от лампы во дворе, и звонки на их
рулях блестели загадочней звезд. Сверху на стене висел пластмассовый
обруч, и Номер XII самыми тонкими из своих досок осознавал его как символ
вечной загадки мироздания, представленной - это было так чудесно - и в его
душе. На полках с правой стороны лежала всякая ерунда, придававшая
разнообразие и неповторимость его внутреннему миру. На нитке, протянутой
от стены к стене, сохли душица и укроп, напоминая о чем-то таком, чего с
сараями просто не бывает, - тем не менее они именно напоминали, и ему
иногда мерещилось, что когда-то он был не сараем, а дачей, или, по меньшей
мере, гаражом.
Он ощутил себя и понял, что то, что ощущало, - то есть он сам -
складывалось из множества меньших индивидуальностей: из неземных личностей
машин для преодоления пространства, пахнувших резиной и сталью; из
мистической интроспекции замкнутого на себе обруча; из писка душ
разбросанной по полкам мелочи вроде гвоздей и гаек и из другого. В каждом
из этих существований было бесконечно много оттенков, но все-таки любому
соответствовало что-то главное для него - какое-то решающее чувство, и все
они, сливаясь, образовывали новое единство, огороженное в пространстве
свежевыкрашенными досками, но не ограниченное ничем; это и был он, Номер
XII, и над ним в небе сквозь туман и тучи неслась полностью равноправная
луна... С тех пор по-настоящему и началась его жизнь.
Скоро Номер XII понял, что больше всего ему нравится ощущение,
источником или проводником которого были велосипеды. Иногда, в жаркий
летний день, когда все вокруг стихало, он тайно отождествлял себя то со
складной "Камой", то со "Спутником", и испытывал два разных вида полного
счастья.
В этом состоянии ничего не стоило оказаться километров за пятьдесят
от своего настоящего местонахождения и катить, например, по безлюдному
мосту над каналом в бетонных берегах или по сиреневой обочине нагретого
шоссе, сворачивать в тоннели, образованные разросшимися вокруг узкой
грунтовой дорожки кустами, чтобы, попетляв по ним, выехать уже на другую
дорогу, ведущую к лесу, через лес, а потом упирающуюся в оранжевые полосы
над горизонтом; можно было, наверное, ехать по ней до самого конца жизни,
но этого не хотелось, потому что счастье приносила именно эта возможность.
Можно было оказаться в городе, в каком-нибудь дворе, где из трещин
асфальта росли какие-то длинные стебли, и провести там весь вечер -
вообще, можно было почти все.
Когда он захотел поделиться некоторыми из своих переживаний с
оккультно ориентированным гаражом, стоящим рядом, он услышал в ответ, что
высшее счастье на самом деле только одно и заключается оно в экстатическом
единении с архетипом гаража - как тут было рассказать собеседнику о двух
разных видах совершенного счастья, одно из которых было складным, а другое
зато имело три скорости.
- Что, и я тоже должен стараться почувствовать себя гаражом? -
спросил он как-то.
- Другого пути нет, - отвечал гараж, - тебе это, конечно, вряд ли
удастся до конца, но у тебя все же больше шансов, чем у конуры или
табачного киоска.
- А если мне нравится чувствовать себя велосипедом? - высказал Номер
XII свое сокровенное.
- Ну что же, чувствуй - запретить не могу. Чувства низшего порядка
для некоторых - предел, и ничего с этим не поделаешь, - сказал гараж.
- А чего это у тебя мелом на боку написано? - переменил тему Номер
XII.
- Не твое дело, говно фанерное, - ответил гараж с неожиданной злобой.
Номер XII заговорил об этом, понятно, от обиды - кому не обидно,
когда его чувства называют низшими? После этого случая ни о каком общении
с гаражом не могло быть и речи, да Номер XII и не жалел. Однажды утром
гараж снесли, и Номер XII остался в одиночестве.
Правда, с левой стороны к нему подходили два других сарая, но он
старался даже не думать о них. Не из-за того, что они были несколько
другой конструкции и окрашены в тусклый неопределенный цвет - с этим можно
было бы смириться. Дело было в другом: рядом, на первом этаже пятиэтажки,
где жили хозяева Номера XII, находился большой овощной магазин, и эти
сараи служили для него подсобными помещениями. В них хранилась морковка,
картошка, свекла, огурцы, но определяющим все главное относительно Номера
13 и Номера 14 была, конечно, капуста в двух накрытых полиэтиленом
огромных бочках: Номер XII часто видел их стянутые стальными обручами
глубоководные тела, выкатывающиеся на ребре во двор в окружении свиты
испитых рабочих. Тогда ему становилось страшно, и он вспоминал одно из
высказываний покойного гаража, по которому он временами скучал: "От
некоторых вещей в жизни надо попросту как можно скорее отвернуться", -
вспоминал и сразу следовал ему. Темная труднопонимаемая жизнь соседей, их
тухлые испарения и тупая жизнеспособность угрожали Номеру XII, потому что
само существование этих приземистых построек отрицало все остальное и
каждой каплей рассола в бочках заявляло, что Номер XII в этой вселенной
совершенно не нужен; во всяком случае, так он расшифровывал исходившие от
них волны осознания мира.
Но день кончался, свет мерк, Номер XII становился велосипедом,
несущимся по пустынной автостраде, и вспоминать о дневных ужасах было
просто смешно.
Была середина лета, когда звякнул замок, откинулась скоба запора и
внутрь Номера XII вошли двое - хозяин и какая-то женщина. Она очень не
понравилась Номеру XII, потому что непонятным образом напомнила ему все
то, чего он не переносил. Не то чтобы от женщины пахло капустой и поэтому
она производила такое впечатление - скорее наоборот, запах капусты
содержал сведения об этой женщине; она как бы овеществляла собой идею
квашения и воплощала ту угнетающую волю, которой Номера 13 и 14 были
обязаны своим настоящим.
Номер XII задумался, а люди между тем говорили:
- Ну что, полки снять - и хорошо, хорошо...
- Сарай - первый сорт, - отзывался хозяин, выкатывая наружу
велосипеды, - не протекает, ничего. А цвет-то какой!
Выкатив велосипеды и прислонив их к стене, он начал беспорядочно
собирать с полок все, что там лежало. Тогда Номеру XII стало не по себе.
Конечно, и раньше велосипеды часто исчезали на какой-то срок, и он
умел закрывать возникавшую пустоту своей памятью - потом, когда велосипеды
ставили на место, он удивлялся несовершенству созданных ею образов по
сравнению с действительной красотой велосипедов, запросто излучаемой ими в
пространство, - так вот, пропав, велосипеды всегда возвращались, и эти
недолгие расставания с главным в собственной душе сообщали жизни Номера
XII прелесть непредсказуемости завтрашнего дня; но сейчас все было
по-другому. Велосипеды забирали навсегда.
Он понял это по полному и бесцеремонному опустошению, которое
производил в нем носитель красных штанов - такое было впервые. Женщина в
белом халате давно уже ушла куда-то, а хозяин все копался, сгребая
инструменты в сумку, снимая со стен жестянки и старые клееные камеры.
Потом почти к двери подъехал грузовик, и оба велосипеда вслед за набитыми
до отказа сумками покорно нырнули в его разверстый брезентовый зад.
Номер XII был пуст, а его дверь открыта настежь.
Но, несмотря ни на что, он продолжал быть самим собой. В нем
продолжали жить души всего того, чего его лишила жизнь: и хоть они стали
подобны теням, они по-прежнему сливались вместе, чтобы образовать его,
Номера XII; вот только для сохранения индивидуальности требовалась вся
сила воли, которую он мог собрать.
Утром он заметил в себе перемену - его не интересовал больше
окружающий мир, а все, что его занимало, находилось в прошлом, перемещаясь
кругами по памяти. Он знал, как это объяснить: хозяин, уезжая, забыл
обруч, оставшийся единственной реальной частью его нынешней призрачной
души, - и поэтому Номер XII теперь сильно напоминал себе замкнутую
окружность. Но у него не было сил как-то к этому отнестись и подумать:
хорошо ли это? Плохо ли? Все заливала и обесцвечивала тоска. Так прошел
месяц.
Однажды появились рабочие, вошли в беззащитно раскрытую дверь и за
несколько минут выломали полки. Не успел Номер XII прочувствовать свое
новое состояние, как волна ужаса обдала его, показав, кстати, сколько в
нем еще оставалось жизненной силы, нужной, чтобы испытывать страх.
По двору к нему катили бочку. Именно к нему. Даже на самом дне
ностальгии, когда ему казалось, что ничего хуже случившегося с ним не
может и присниться, он не думал о такой возможности.
Бочка была страшной. Она была огромной и выпуклой, она была очень
старой, и ее бока, пропитанные чем-то чудовищным, издавали вонь такого
спектра, что даже привычные к изнанке жизни работяги, катившие ее на
ребре, отворачивались и матерились. При этом Номер XII видел нечто
незаметное рабочим: в бочке холодело внимание и она мокрым подобием глаза
воспринимала мир. Как ее вкатывали внутрь и крутили на полу, ставя в самый
центр, потерявший сознание Номер XII не видел.


Страдание увечит. Прошло два дня, и к Номеру XII стали понемногу
возвращаться мысли и чувства. Теперь он был другим, и все в нем было
по-другому. В самом центре его души, там, где когда-то покоились омытые
ветром рамы, теперь пульсировала живая смерть, сгущавшаяся в бочку,
которая медленно существовала и думала; мысли эти теперь были и мыслями
Номера XII. Он ощущал брожение гнилого рассола, и это в нем поднимались
пузыри, чтобы лопнуть на поверхности, образовав лунку на слое плесени, это
в нем перемещались под действием газа разбухшие трупные огурцы, и это в
нем напрягались пропитанные слизью доски, стянутые ржавым железом. Все это
было им.
Номера 13 и 14 теперь не пугали его - наоборот, между ними быстро
установилось полубессознательное товарищество. Но прошлое не исчезло
полностью - оно просто было оттеснено и смято. Поэтому новая жизнь Номера
XII была двойной. С одной стороны, он участвовал во всем на равных правах
с Номерами 13 и 14, а с другой - где-то в нем скрывались чувства -
сознание ужасной несправедливости того, что с ним произошло. Но центр
тяжести его нового существа лежал, конечно, в бочке, которая издавала
постоянное бульканье и потрескивание, пришедшее на смену воображаемому
шелесту шин.
Номера 13 и 14 объясняли ему, что все случившееся - элементарный
возрастной перелом.
- Вхождение в реальный мир с его заботами и тревогами всегда
сопряжено с некоторыми трудностями, - говорил Номер 13, - совсем новые
проблемы наполняют душу.
И добавлял ободряюще:
- Ничего, привыкнешь. Тяжело только сперва.
Четырнадцатый был сараем скорее философского склада (не в смысле
хранилища), часто говорил о духовном и скоро убедил нового товарища, что
раз прекрасное заключено в гармонии ("Это раз", - говорил он), а внутри -
и это объективно - находятся огурцы или капуста ("Это два"), то прекрасное
в жизни заключено в достижении гармонии с содержимым бочки и в устранении
всего, что этому препятствует. Под край его собственной бочки, чтоб не
вытекало, был подложен старый философский словарь, который он часто
цитировал; он же помогал ему объяснять Номеру XII, как надо жить. Все же
Номер 14 до конца не доверял новичку, чувствуя в нем что-то такое, чего
сам Номер XII в себе уже не замечал.
Постепенно Номер XII и вправду привык. Иногда он даже чувствовал
специфическое вдохновение, новую волю к своей новой жизни. Но все-таки
недоверие новых друзей было оправданным: несколько раз Номер XII ловил
быстрый, как луч из замочной скважины, проблеск чего-то забытого и
погружался тогда в сосредоточенное презрение к себе - чего уж говорить о
других, которых он в эти минуты просто ненавидел.
Все это, конечно, подавлялось непобедимым мироощущением бочки с
огурцами, и скоро Номер XII начинал недоумевать, чего это его так занесло.
Постепенно он становился проще и прошлое все реже тревожило его, потому
что трудно стало догонять слишком мимолетные вспышки памяти. Зато бочка
все чаще казалась залогом устойчивости и покоя, как балласт на корабле, и
иногда Номер XII так и представлял себя - в виде теплохода, вплывающего в
завтра.
Он стал чувствовать присущую своей бочке своеобразную доброту - но
только с тех пор, как окончательно открыл ей что-то в себе. Огурцы теперь
казались ему чем-то вроде детей.
Номера 13 и 14 были неплохими товарищами, и главное - в них он
находил опору своему новому. Бывало, вечером они втроем молча
классифицировали предметы мира, наполняя все вокруг общим пониманием, и
когда какая-нибудь недавно построенная рядом будка содрогалась, он думал,
глядя на нее: "Глупость... Ничего, перебесится - поймет..." Несколько
подобных трансформаций произошло на его глазах, и это лишний раз
подтвердило его правоту. Испытывал он и ненависть - когда в мире
появлялось что-то ненужное; слава Богу, такое случалось редко. Шли дни и
годы, и казалось, уже ничего не изменится.
Как-то летним вечером, оглядывая свое нутро, Номер XII натолкнулся на
непонятный предмет: пластмассовый обруч, обросший паутиной. Сначала он не
мог взять в толк, что это и зачем, - и вдруг вспомнил: ведь столько было
когда-то связано с этой штукой! Бочка в нем дремала, и какая-то другая его
часть осторожно перебирала нити памяти, но все они были давно оборваны и
никуда не приводили. Однако ведь было же что-то? Или не было?
Сосредоточенно пытаясь понять, о чем же это он не помнит, он на секунду
перестал чувствовать бочку и как-то отделился от нее.
В этот самый момент во двор въехал велосипед, и ездок без всякой
причины дважды прозвонил звоночком на руле. И этого хватило - Номер XII
вдруг все вспомнил.


Велосипед.


Шоссе.


Закат.


Мост над рекой.


Он вспомнил, кто он на самом деле, и стал наконец собой -
действительно собой. Все связанное с бочкой отпало, как сухая корка, он
почувствовал отвратительную вонь рассола и увидел своих вчерашних
товарищей, Номеров 13 и 14, такими, какими они были. Но думать об этом не
было времени - надо было спешить, потому что он знал, что проклятая бочка,
если он не успеет сделать того, что задумал, опять подчинит его и сделает
собой.
Бочка между тем проснулась, поняла, и Номер XII ощутил знакомую волну
холодного отупения: раньше он думал, что это его отупение. Проснувшись,
бочка стала заполнять его, и он ничем не мог ответить на это, кроме
одного.
Под выступом крыши шли два электрических провода. Когда-то они
проходили через вырез в доске, но уже давно выбились из него и теперь
врезались оголенной медью в дерево на палец друг от друга. Пока бочка
приходила в себя и выясняла, в чем дело, он сделал единственное, что мог:
изо всех сил надавил на эти провода, использовав какую-то новую
возможность, появившуюся у него от отчаяния. В следующий момент его смела
непреодолимая сила, исшедшая из бочки с огурцами, и на какое-то время он
просто перестал существовать. Но дело было сделано - провода, оказавшись в
воздухе, коснулись друг друга, и на месте их встречи вспыхнуло
лилово-белое пламя. Через секунду где-то выгорела пробка и ток в проводах
пропал, но по сухой доске вверх уже подымалась узкая ленточка дыма, потом
появился огонь и, не встречая на своем пути никакого препятствия, стал
расти и подползать к крыше.
Номер XII очнулся после удара и понял, что бочка решила уничтожить
его. Он сжал все свое существо в одной из верхних досок крыши и
почувствовал, что бочка не одна - ей помогали Номера 13 и 14, которые
давили на него снаружи.
"Очевидно, - со странной отрешенностью подумал Номер XII, - для них
сейчас происходит что-то вроде обуздания помешанного, а может -
прорезавшегося врага, который так ловко притворялся своим..." Додумать не
удалось, потому что бочка, всей своей гнилью навалившись на границу его
существования, удвоила усилия. Он выдержал, но понял, что следующий удар
будет для него последним, и приготовился к смерти. Однако шло время, а
нового удара не было. Тогда он несколько расширил свои границы и
почувствовал две вещи. Первой был страх, принадлежавший бочке, - такой же
холодный и медленный, как все ее проявления. Второй вещью был огонь,
полыхавший вокруг и уже подбиравшийся к одушевляемой Номером XII части
потолка. Пылали стены, огненными слезами рыдал толь на крыше, а внизу
горели пластмассовые бутылки с подсолнечным маслом. Некоторые из них
лопались, рассол в бочке кипел, и она, несмотря на все свое могущество,
погибала. Номер XII расширил себя по всей части крыши, которая еще
существовала, и вызвал в своей памяти тот день, когда его покрасили, а
главное - ту ночь: он хотел умереть с этой мыслью. Сбоку уже горел Номер
13, и это было последним, что он заметил. Но смерть не шла, а когда его
последнюю щепку охватил огонь, случилось неожиданное.


Завхоз семнадцатого овощного, та самая женщина, шла домой в поганом
настроении. Вечером, часов в шесть, неожиданно загорелась подсобка, где
стояли масло и огурцы. Масло разлилось, и огонь перекинулся на соседние
сараи - в общем, выгорело все что могло. От двенадцатого сарая остались
только ключи, а от тринадцатого и четырнадцатого - по нескольку обгорелых
досок.
Пока составляли акты и объяснялись с пожарными, стемнело, и идти было
страшно, так как дорога была пустынной и деревья по бокам стояли как
бандиты. Завхоз остановилась и поглядела назад - не увязался ли кто
следом. Вроде было пусто. Она сделала еще несколько шагов и оглянулась:
кажется, вдали что-то мигало. На всякий случай она отошла в сторону, за
дерево, и стала напряженно вглядываться в темноту, ожидая, пока ситуация
прояснится.
В самой дальней видимой точке дороги появилось светящееся пятнышко.
"Мотоцикл!" - подумала завхоз и крепче вжалась в дерево. Однако шума
мотора слышно не было. Светлое пятно приближалось, и стало видно, что оно
не движется по дороге, а летит над ней. Еще секунда, и пятно превратилось
в совершенно нереальную вещь - велосипед без велосипедиста, летящий на
высоте трех или четырех метров. Странной была его конструкция - он
выглядел как-то грубо, будто был сколочен из досок, - но самым странным
было то, что он светился и мерцал, меняя цвета, становясь то прозрачным,
то зажигаясь до нестерпимой яркости. Не помня себя, завхоз вышла на
середину дороги, и велосипед явным образом отреагировал на ее появление.
Он снизился, сбавил скорость и описал над головой одуревшей женщины
несколько кругов, потом поднялся вверх, застыл на месте и строго, как
флюгер, повернул над дорогой. Провисев так мгновение или два, он тронулся
наконец с места, разогнался до невероятной скорости и превратился в
сверкающую точку в небе. Потом она исчезла.

Придя в себя, завхоз заметила, что сидит на середине дороги. Она
встала, отряхнулась и, совсем позабыв... Впрочем, Бог с ней.

Перейти в начало страницы
+Цитировать сообщение
Lina
аццкий флудер
******
Группа: Форумчане
Сообщений: 4193
Регистрация: 10.1.2008
Пользователь №: 452
Пол:женский

Репутация:   5  



Сообщение #6 сообщение 8.1.2009, 20:52
А просто ссылку кинуть или в шару сохранить? Не судьба?

Перейти в начало страницы
+Цитировать сообщение
Dick
каментатар
*****
Группа: Форумчане
Сообщений: 2637
Регистрация: 31.12.2007
Из: Пущино-Москва
Пользователь №: 281
Пол:мужской

Репутация:   7  



Сообщение #7 сообщение 27.2.2010, 20:31
"Великий украинский поэт" А.П. Чехов к году учителя.

Антон Чехов

Из записной книжки старого педагога

«Рассуждают: семья должна идти рука об руку со школой. Да, но только в том случае, если семья благородная, а не купеческая или мещанская, ибо сближение с низшими может отдалить школу от совершенства. Впрочем, из человеколюбия не следует иногда лишать купцов и богатых мещан удовольствия — например, приглашать педагогов на пирог».

«При словах „предложение“ и „союз“ ученицы скромно потупляют глаза и краснеют, а при словах „прилагательное“ и „придаточное“ ученики с надеждою взирают на будущее».

«Так как в русском языке почти уже не употребляются фита, ижица и звательный падеж, то, рассуждая по справедливости, следовало бы убавить жалованье учителям русского языка, ибо с уменьшением букв и падежей уменьшилась и их работа».

«Наши педагоги убеждают своих учеников не тратить времени на чтение романов и газет, так как это мешает сосредоточению и развлекает. К тому же романы и газеты бесполезны. Но как ученики могут поверить своим руководителям, если последние сами отдают много времени газетам и журналам? Врачу, исцелися сам! Что касается меня, то в этом отношении я совершенно чист: вот уже 30 лет, как я не прочел ни одной книги и газеты».

«Преподавая ученикам науки, следует преимущественнейше наблюдать за тем, чтобы ученики непременно отдавали свои книги в переплет, ибо корешком можно ударить по лбу лишь в том случае, если книга переплетена».

«Дети! Какое блаженство получать пенсию!»

Перейти в начало страницы
+Цитировать сообщение
Dick
каментатар
*****
Группа: Форумчане
Сообщений: 2637
Регистрация: 31.12.2007
Из: Пущино-Москва
Пользователь №: 281
Пол:мужской

Репутация:   7  



Сообщение #8 сообщение 8.4.2011, 18:07
Антон Павлович Чехов
Что лучше?

В кабак могут ходить взрослые и дети, а в школу только дети.
Алкоголь замедляет обмен веществ, способствует отложению жира, веселит
сердце человека. На все сие школа не способна. Ломоносов сказал: "Науки
юношей питают, отраду старцам подают". Князь же Владимир неоднократно
повторял: "Веселие Руси питие есть". Кому же из них двоих верить? Очевидно
- тому, кто старше.
Акцизные дивиденды дает отнюдь не школа.
Польза просвещения находится под сомнением, вред же, им приносимый,
очевиден.
Для возбуждения аппетита употребляют отнюдь не грамоту, а рюмку водки.
Кабак везде есть, а школа далеко не везде.
Всего сего достаточно, чтобы сделать вывод: кабаков не упразднять, а
относительно школ подумать.
Всей грамоты отрицать нельзя. Отрицание это было бы безумством. Ибо
полезно, если человек умеет прочитать "Питейный дом".


Перейти в начало страницы
+Цитировать сообщение
Кочемник
Чиста дядя
*****
Группа: Форумчане
Сообщений: 1954
Регистрация: 27.12.2007
Из: Пущино
Пользователь №: 58
Пол:мужской

Репутация:   27  



Сообщение #9 сообщение 8.4.2011, 18:21
каков первоисточник двух последних сабжей?

Перейти в начало страницы
+Цитировать сообщение
Dick
каментатар
*****
Группа: Форумчане
Сообщений: 2637
Регистрация: 31.12.2007
Из: Пущино-Москва
Пользователь №: 281
Пол:мужской

Репутация:   7  



Сообщение #10 сообщение 8.4.2011, 18:24
Рассказы Чехова брал с lib.ru, там практически все сочинения Чехова есть (кроме писем, дневников и т.п.).

http://lib.ru/LITRA/CHEHOW/

Перейти в начало страницы
+Цитировать сообщение
Кочемник
Чиста дядя
*****
Группа: Форумчане
Сообщений: 1954
Регистрация: 27.12.2007
Из: Пущино
Пользователь №: 58
Пол:мужской

Репутация:   27  



Сообщение #11 сообщение 8.4.2011, 18:46
я спрашивал первоисточник, но всиравно спасибо.

Перейти в начало страницы
+Цитировать сообщение
science
каментатар
*****
Группа: Форумчане
Сообщений: 2772
Регистрация: 6.10.2013
Из: Москва
Пользователь №: 10547
Пол:мужской

Репутация:   11  



Сообщение #12 сообщение 26.5.2014, 22:08
Отрывок из "Ей снилось" Славы Сэ (источник: http://pesen-net.livejournal.com/51076.html )
Цитата
... Вот одному дяде (его зовут Коля, это не важно) подарили пингвина. Подарок оказался так себе. Он беспорядочно какал и звал маму голосом падшей женщины. Не то чтоб Коля грехами прошлых жизней заслужил себе пингвина. Просто у Коли фамилия - Миленький. И чуткие к стилистической завершённости друзья подарили ему художественную инсталляцию. Это будет динамическое искусство, решили они.

Пингвин скакал из ванной на стиральную машину и обратно. Уходя на работу, Коля гасил свет, в ванной наступала ночь. Все птицы ночью спят. Потом свет загорался, пингвин думал на Колю «Мама пришла» и ходил следом.

Пингвина назвали Артуром. Определить его в зоопарк было невозможно. Сами попробуйте сдать человека, который зовёт тебя мамой, откликается на Артура, а по национальности пингвин. Иногда Артур вскрикивал голосом падшей женщины «Где ты, Коля». Коля быстро отзывался, но соседи успевали услышать и смотрели утром понимающе.

Однажды Коля ушёл, а ванную не запер. Пингвин вышел на балкон, увидел белый день, мамы нет, и зарыдал от ужаса. Соседи сразу поняли, огромные негры беспорядочно насилуют падшую Колину женщину.

Когда Коля прибежал, соседка Вера уже рассказала милиции: Коля мучает в ванной пожилых проституток.
Каждый день. Милиция сомневалась. Насколько милиция знала женщин, мало кто захочет насиловать их ежедневно. Очень много надо решимости и сил. Но Верка была одинокая, она разбиралась в криках страсти. Это были именно крики страсти. Да, она уверена.
Верку можно понять. Когда за стеной регулярно бывает жестокое обращение, может, и до вас однажды очередь дойдёт. Уж скорей бы, господи.

Коля открыл дверь, выбежал счастливый пингвин. Пришлось уныло объяснять, это инсталляция, динамическое искусство. Переплетение семантических пространств Человека и Антарктиды, где артефакты двух миров в новом поле утрачивают смысл и обретают сверхсмысл. Вырванный из контекста пингвин, вступая в неординарную комбинацию с ванной и стиральной машиной, освобождается от утилитарной функции пожирателя рыбы, приобретая функцию символическую, декоративную и духовную. Это же так прекрасно, смена контекстов создает смысловые трансформации, игру значений, понимаете?
За восемьсот рублей милиция прекрасно поняла Колин бред.

Всё закончилось хорошо. Коля с Верой поженились ...

Перейти в начало страницы
+Цитировать сообщение
Dick
каментатар
*****
Группа: Форумчане
Сообщений: 2637
Регистрация: 31.12.2007
Из: Пущино-Москва
Пользователь №: 281
Пол:мужской

Репутация:   7  



Сообщение #13 сообщение 14.6.2014, 18:11
Варлам Шаламов "Последний бой майора Пугачёва".
Прикрепленные файлы
Прикрепленный файл  В.Шаламов_Последний_бой_майора_Пугачёва.doc ( 72 килобайт ) Кол-во скачиваний: 129
 

Перейти в начало страницы
+Цитировать сообщение
Dick
каментатар
*****
Группа: Форумчане
Сообщений: 2637
Регистрация: 31.12.2007
Из: Пущино-Москва
Пользователь №: 281
Пол:мужской

Репутация:   7  



Сообщение #14 сообщение 28.10.2016, 23:32
Рассказ о том, как создаются рассказы:
http://kolomna-biblio.narod.ru/TEXT/P/pil24.htm

Перейти в начало страницы
+Цитировать сообщение
Полиграф Полигра...
хунвейбин
******
Группа: Форумчане
Сообщений: 4215
Регистрация: 19.5.2010
Пользователь №: 3962
Пол:мужской

Репутация:   51  



Сообщение #15 сообщение 5.5.2017, 12:01
В общем, не знаю куды это покласть/положить.
Тут, канешна, товарищ Мары засунула некий лонгрид в "Цитаты". Что, на мой рептилоидный вкус, неправильно chair.gif
В общем, пошукав по сусекам "Библиотеки", решил засунуть эту сказочку сюда (кстати, может переименовать тему? - например, назвав "короткий формат"?).

Сказка "Всё связано". Автор - Анатолий Баляев.
Ниже спойлер! Кликните для просмотра скрытого текста
Бабушка очень любит вязать. Она настоящая мастерица. Мне сегодня опять снились её разноцветные, как радуга, нитки. Я проснулась и молча сижу на краю кровати, протерев и широко раскрыв глаза. Бабушка утром помыла полы (они блестят на ярком солнце из окна), затопила печку (тепло), испекла пирожков (хочу бабиных пирожков!), а сейчас сидит рядом со столом и вяжет деду новый теплый свитер. Кудахчут куры и гремит цепь — это Пират вышел из будки полакать воду, я вспоминаю, как он смешно шлепает языком по воде и улыбаюсь.
— Баба, я просну-у-ула-а-ась.
— Доброе утро, моя Петелька любимая! Будешь пирожок?
— Угу.
— Иди, молочка налью тебе.
Я быстро одеваюсь. Тапочки у меня вязаные, тёпленькие, с ушками, они надеваются на мои ножки и бесшумно топают меня к бабе. Баба такая большая, её с утра надо сначала обнять, утонуть в её пухлых мягких руках, прижаться к ней и постоять так немного, пошмыгивая носом. Потом я влезаю на табуретку, поворачиваюсь к столу, беру из тарелки пирожок («Бери, какой на тебя смотрит») и ем его, и пью прохладное молоко, и болтаю ножками.
— Баба, а деда где?
— Овец вон стрижет.
— А зачем?
— Шерсть чтоб была.
— А зачем?
— Пряжу прясть.
— А зачем?
— В нитки сплетать.
— А зачем?
— В клубки мотать.
— А зачем?
— Вязать буду костюмчик новый тебе.
— А зачем?
— Дык ведь из старого-то ты выросла уже.
— А зачем?
— Выросла зачем? Это уж ты сама понять должна, Петелька моя, — баба улыбается.
Баба улыбается, и я ей улыбаюсь, доедаю пирожок, допиваю молоко, кладу на стол альбом, беру карандаши, высовываю язык и рисую цветочки. Вдруг у меня мелькает искоркой мысль, что цветные линии от карандашей на бумаге похожи на бабины нитки, и искорка эта зажигает меня звонким смехом:
— Баба, смотри, какие я цветочки связала! — я смеюсь и не могу остановиться.
— Ну-ка, ну-ка, — баба надевает очки (вяжет она почему-то без очков) и серьёзно вглядывается в мои каля-маля на бумаге, — Молодец. Скоро и взаправду вязать научишься.
— Баба, а ты меня научишь?
— Научить-то? Я только показать могу тебе как вязать, а научишься уж ты потом сама.
— А покажи, баб.
— Нет, погоди пока, рано тебе еще вязать-то. Скучно будет тебе.
— Ну ба-а-а-б, ну покажи-и-и-и, ну не ску-у-у-учно, ну ба-а-а-аб!..
Баба смотрит на меня поверх очков и манит пальцем. Я весело сползаю с табуретки и запрыгиваю к ней на колени. Баба говорит:
— Ладно, Петелька моя. Я тебе покажу как вязать. Только я же всё равно знаю, что рано тебе. Ну уж если ты хочешь, я тебе покажу. Захочешь, будешь вязать, не захочешь, и ладно. Только тут есть секрет один, обещай мне, что никому-никому об этом не скажешь.
У меня замирает дыхание, и я вся сжимаюсь в маленький клубочек из восторженного трепета.
— Баба, миленькая, я никому-никому, никогда-никогда не скажу, честно-пречестно!
— Да сказать-то можешь и сказать, только не поверят тебе и кто посмеётся, а кто и станет думать, что глупенькая ты. Люди-то не знают ничего про вязание, да про нитки, надевают на себя всё, что попало, да носят и думают, что на деревьях растут штаны-то, юбки-то да рубашки. Потому ты глядеть гляди, а спросят у тебя, как баба вяжет твоя, дак ты улыбнись им и скажи: «Сидит, мол, да и вяжет, чего тебе до неё?» Хорошо?
— Хорошо, баба. А сама я когда научусь вязать?
— Вязать-то? Вязать научаются, тогда, Петелька моя, когда о нити вспоминают.
Я не поняла, раскрыла рот, чтобы спросить, а баба возьми, да и поцелуй меня в лобик.
И тут раз! и стало видеться мне, что я будто качусь вниз с большой крутой горки в маленьком вагончике, на котором я каталась в парке. Вниз, а потом вверх, и в сторону и опять вниз-вверх. И я завизжала от неожиданности, и от нахлынувшей бесконечной разноцветной радости. Радость была такая, что казалось, будто я вся соткана из искрящегося света. А ещё я посмотрела вокруг и увидела, будто сияющим горкам, по которым я качусь в вагончике, нет конца и края — всё вокруг было переплетением больших зигзагов, и я смело катилась по ним с бешеной скоростью, и это было самим счастьем. Удивительно, что какие-то нити были видны, а какие-то нет, но я знала, что они вот они. Вдруг я поняла, что ни вагончика, ни рельс совсем нет, а есть только одно удивительно красивое сплетение таких толстых нитей, а я могу кататься по ним во все стороны. А потом как-то это отодвинулось вниз, и теперь я смотрю сверху на переливающуюся всеми цветами радуги живую поверхность, сотканную из моей радости. Я рассмеялась, когда поняла, что вижу просто-напросто поверхность нашего стола! Я оглянулась и дыхание перехватило восторгом — всё вокруг было соткано, сплетено и связано. Стены, пол, потолок, дверь, стол, окна, картины на стене, печка светились радужными красками, было заметно каждую ниточку. Но как тонко всё было сделано! Вот я вижу древесные кольца на досках с краю стола и смеюсь — каждая полоска связана из разного цвета ниток. Даже вот эта царапина с неровными краями очень аккуратно и тонко сделана — сплетена.
— Ба… ба…
Не знаю сколько времени я вот так сидела и восхищенно смотрела на всё вокруг. Потом я захотела посмотреть на кофточку, но тут неожиданно увидела свои руки. Разноцветные нити! Мои руки сплетены из разноцветных сияющих нитей! Я удивилась так, что несколько секунд просто не дышала…
— Баба… Нити…
— Да, моя хорошая.
— Смотри, я тоже связана!
— Конечно, милая.
— А как же…
— Очень просто. Всё связано.
— Всё-превсё?
— Всё-превсё. Даже я.
Я поворачиваюсь к бабе и… Совсем не могу ничего сказать… Баба… она радость и любовь. Милая баба. Я вижу как баба любит меня. И как я её люблю. Разноцветные нити.
— Баба…
— Видишь теперь?
— Вижу… А кто же это всё связал?
— Как кто? Баба твоя связала. Я.
— Ты??? Как это?
— Ну как-как. Так вот. Спицами.
— Баба… Так спицы-то у тебя тоже вязаные…
— Ну конечно вязаные. Какими же ещё им быть? — Баба смеется.
— Погоди баба… Я запуталась…
— Ты не запутывайся, милая, ты распутывайся, — смеётся баба.
— Ой…
Мы какое-то время сидим и молчим. Мне так хорошо просто смотреть вокруг.
— Баба… А кто нити-то делает?
— Как кто? Деда вон. Овец стрижёт, шерсть получается, пряжа. Сама же спрашивала недавно.
— Баба, а нитки эти…
— Милая, ты не видишь разве? Это всё одна нить-то. Разноцветная просто.
— Ах…


— Баба… мы разве с тобой из одной нити сплетены?
— Посмотри. Видишь?
— Вижу. Но… Кто же тогда я?
— Как кто? Петелька ты моя, — улыбается баба.
— Петелька…


— Баба… А нить эта… Она не порвётся?
— Порвётся? Смотри, как ты слово это из той же самой нити только что сплела. Видишь? Ну так порвётся или нет? — мы с бабой смеёмся.


— Баба… Когда я смогу научиться вязать?
— А разве ты не вязала всегда?
— Правда…


— Баба, а почему люди этого не замечают?
— Кто запутался, кто привязался. Думают — чем хитрее узел, тем он лучше других. Собой любуются, а о ниточке-то забывают.
— Да, я вижу… Можно же вспомнить…


— Баба, а кто увидел нить, он другим помогает развязываться?
— Зачем уж прям развязываться? — Баба смеётся,- Распутаться может и помогают, а развязываются люди потом…
— Баба, а ты развяжешься?
— Баба твоя ещё не такая и старая, чтоб совсем развязаться-то. Мне ещё из тебя нужно мастерицу сделать, чтоб о нити не забывала ты.
— Ой, баба, как я тебя люблю! Ты ещё очень даже молодая у меня!


— А деда… Он делает нить, ты вяжешь… А я что?
— Ты? Ты рисуешь, пишешь, читаешь. Может быть когда-нибудь ты распутаешься и научишься вязать.
— А сейчас?
— Сейчас ты ещё не вся распуталась.
— А когда я распутаюсь, я перестану быть Петелькой?
— Когда ты распутаешься, то просто поймешь, что ты — это нить, и всегда была нитью и будешь.
— А я вроде понимаю…
— Правда-правда? — Баба смотрит на меня хитро-прехитро.
— Пра…
— Петелька ты моя милая, хорошая ты моя Петелька… Иди ещё немножко поспи и просыпайся.

Бабушка очень любит вязать. Она настоящая мастерица. Мне сегодня опять снились её разноцветные, как радуга, нитки. Я проснулась и молча сижу на краю кровати, протерев и широко раскрыв глаза.


--------------------
"Большинству уже ясно, что дело не в Ельцине и не в Путине, а в стране, не желающей брать на себя труд самоуправления." - Д.Быков

"Забвение целей - самая обычная глупость людей." - Ф. Ницше

"I'd rather be hated for who I am, than loved for who I am not." - K.Cobain

Перейти в начало страницы
+Цитировать сообщение
vladimir513
ЯIR
*******
Группа: Форумчане
Сообщений: 13931
Регистрация: 15.4.2010
Пользователь №: 3756
Пол:мужской

Репутация:   212  



Сообщение #16 сообщение 5.5.2017, 12:29
Цитата(Полиграф Полиграфыч @ 5.5.2017, 13:01) *
...

Кастанеда для самых маленьких)


--------------------

Перейти в начало страницы
+Цитировать сообщение
Tanny
оранжевые мысли
****
Группа: Форумчане
Сообщений: 1230
Регистрация: 28.12.2007
Из: Пущино
Пользователь №: 147
Пол:женский

Репутация:   7  



Сообщение #17 сообщение 6.5.2017, 21:58
перечитала сегодня рассказ Эргали Гера "Электрическая Лиза", очень у него слог приятный, легкий. А рассказ прямо-таки вообще прекрасный smile.gif

Перейти в начало страницы
+Цитировать сообщение
DIV
апоссум
*******
Группа: Мультимодераторы
Сообщений: 10971
Регистрация: 25.1.2008
Из: Пущино, Д19
Пользователь №: 647
Пол:мужской

Репутация:   118  



Сообщение #18 сообщение 27.11.2017, 22:05
Можно попросить Нину? - Кир Булычев

Очень тронуло


--------------------
велотурпрограммист троих детей

Перейти в начало страницы
+Цитировать сообщение
Habitante
каментатар
*****
Группа: Форумчане
Сообщений: 1790
Регистрация: 31.8.2010
Из: Пущино
Пользователь №: 4397
Пол:мужской

Репутация:   8  



Сообщение #19 сообщение 27.11.2017, 22:28
Цитата(DIV @ 27.11.2017, 22:05) *

Хороший рассказ.

Перейти в начало страницы
+Цитировать сообщение

Реклама


Подслушано в Пущино

Горячие туры Пущино


Ответить в данную темуНачать новую тему
2 чел. читают эту тему (гостей: 2, скрытых пользователей: 0)
Пользователей: 0

 



RSS Текстовая версия Сейчас: 19.1.2020, 14:21

Реклама

Яндекс.Метрика Индекс цитирования
Лауреат премии Губернатора Наше Подмосковье 2017